маленькие истории забытых вещей

История первая. Танго-брюки.

Этой ночью в коробке с забытыми вещами случилось невероятное – в нее кинули пару мужских брюк. Поднялся шум и визг, а в правом углу кто-то недовольно заскрипел лаком.

«Мужчина! Мужчина! У нас новый мужчина!» — застрекотали изящные туфельки. Они выглядывали из своих шелковых мешочков и с интересом рассматривали нового гостя. В старой пластиковой коробке из Икеи такие гости появлялись не часто.

Коробка стояла в одной из танцевальных школ, где регулярно проводились милонги – танцевальные вечера аргентинского танго. Танго танцуют много-много восторженных барышень, которые в порыве танцевальной эйфории частенько забывают свои туфельки. Мужчины же, танцующие танго, очень сосредоточены и организованы. Забывают что-либо они редко, ну разве что танцевальные фигуры какие. Да и вообще, что уж тут говорить, мужчины намного меньше танцуют. Поэтому появление в коробке очередной пары роскошных туфелек – обычное дело, а явление мужских брюк – это настоящее событие.

К тому же это не джинсы какие-то, не рабочие классический штаны, которые в офисе сидят, а настоящие танцующие танго-брюки! Иссиня-черные, из дорогой немнущейся шерсти, широкие и объемные, с защипами на поясе и аккуратными пуговками. Стрелки на них были идеально отглажены, а черная шерсть поблескивала едва видными продольными полосками. Мужчина в таких брюках становится совершенно другим, статным, мужественным и очень стильным. Движения выглядят увереннее, мягче и по-кошачьи соблазнительно. Такие брюки даже средненького танцора делают желанным кавалером и сносным танцором, ну… по крайней мере с виду.

Туфельки от возбуждения аж дрожали. Они обступили танго-брюки плотным кольцом. Среди женской обуви можно было разглядеть также красную косметичку с зеркальцем и помадой, белый крепдешиновый платочек для самбы и розовый лифчик.

«Как вы сюда попали? За что же вас так?» – залепетали босоножки с золотыми ремешками. Танго-брюки вздохнули, помолчали, а потом их как прорвало: «Меня хозяин никогда не любил. Говорил, жарко ему танцевать в нас. Таскал с собой в рюкзаке, а надевать – не надевал. Ну конечно, с нами сложнее – нас гладить надо, чистить, носить аккуратно… А он носит какие-то страшные штаны бежевые из Ашана и джинсы с распродажи. Так эти придурки в шкафу матерятся, как сапожники, и в камень-ножницы-бумага на щелбаны играют. Ну скажите, дамы, ну как же можно танцевать прекрасное аргентинское танго в бежевых штанах, которые ругаются матом?» — брюки от возмущения размахивали штанинами, но потом чуть успокоились и продолжали. «Танго – такой благородный, такой изящный танец. Это диалог, это флирт, это завоевание, это история любви… это потрясающая музыка. Глубокая, проникающая во все уголки души… вот она проникает, проникает в тебя, а там внизу штаны эти ржут, как кони, и вместо нежного испанского «no dimmi no» подпевают «но мы в говноооооо»…

— Да-да, штаны нынче не те пошли. То куревом от них разит, то шерсть собачья свисает, то хозяйку за ногу лапнуть пытаются кармананищами своими уродливым. Ну этими, на коленках которые, как у рабочих-сантехников, — кивали ремешками туфельки.

— Орут постоянно непотребщину какую-то! Ладно, если на русском, так ведь на китайском, таджикском, вьетнамском! только сосредоточишься, украшение ножкой сделать, — возмущались золотые ремешки, — так тебе под нос вместо музыки писклявый голос «мусясос… силькела де стасносес мивень зззегаль алькафееее».

— А какие ноги несуразные у мужчин, когда они в этих штанах танцуют! Ну, ей богу,  кузнечики-педики! — взвизгнули розовые с бантиками.

— Да, все так, — грустно улыбнулись танго-брюки, стряхивая с подворотов пылинки, — так что, дамы я тут надолго с вами. Эстетика танго меняется, мужественность и элегантность уже никому не нужна.

— Как это не нужна? Очень даже нужна! Нам нужна, нашим хозяйкам нужна! Они же вон все какие красивые! В платья, в туфлях, в сережках с разноцветными камушками! – начали возмущаться розовые бантики.

— Ну так вас-то, дамы, никто и не спрашивает. Мужчинам – не нужна. Им неудобно, жарко и жмет везде. И ничего тут уже не попишешь… Эх, не танцевать нам больше уже никогда, – вздохнули брюки, смахнули скупую шерстяную слезу и стали разглаживать свои строгие стрелки.

Туфельки повздыхали, пошушукалась и собрались спать. «Вы тоже располагайтесь, места у нас много, вон рядом с лифчиком целый угол свободный!» – зашелестел платочек для самбы. Он-то знал, вернее, верил изо всех сил, что за ним скоро вернутся, и поэтому хорохорился. Танго брюки ехидно улыбнулись и бархатным баритоном пропели розовому лифчику: «кстати, а мы с вами раньше нигде не встречались?». «Возможно», — пискнул лифчик и густо зарделся, превратившись из невинного бледно-розового в вызывающий брусничный. Дамы захихикали. «Такому мы бы тоже не отказали…» — мечтательно вздохнули золотые ремешки…

Туфельки укладывались спать. Разговоры, шелест шелка разноцветных мешочков и цоканье ремешков постепенно стихали… Только в дальнем углу скрипели потрескавшиеся от времени шикарные лаковые мужские танго-туфли. Они здесь так давно лежат, что все уже позабыли… Кому как не им, роскошным, лаковым, блестящим, горевать по ушедшим временам и прекрасным вечерам аргентинского танго, где дамы загадочны, красивы и пленительны, а кавалеры благородны, статны, элегантны… Эх, какие это были времена…

526990_462760870422467_1603988985_n-1

Реклама

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s